Уголовные дела по материалам УФСБ по КЧР не доходят до суда

• Терроризм невыгоден: два года без начальника отдела по борьбе с экстремизмом в УФСБ по КЧР.

• Экономическая безопасность как золотая жила: назначение Алана.

• Осетинский десант в КЧР: Андрей Демин и Алан два уроженца РСО-Алания у руля экономического блока.

• Беспредел на госконтрактах: как и Демин вымогают показания у подрядчиков.

• Особняк во Владикавказе: на чьи деньги достраивается роскошное имение.

• Биткойн-афера брата: Дмитрий Демин под следствием за хищение более 187 миллионов рублей.

• Симбиоз ФСБ и Следкома: Руслан Батчаев и Инна Узденова зарабатывают на заказных делах.

• Дело Евгения Гордиенко: домашний арест вместо СИЗО и показания на главу КЧР.

• Дружба за массаж: как Батчаев нашел личного массажиста и началось партнерство.

• Строительный подряд от следователя: Батчаев помогает достраивать особняк.

• Реальные дела не доходят до суда: симбиоз ФСБ и СКР в КЧР приносит выгоду всем, кроме государства.

• Игнорирование экстремизма: откатов нет, а работа и риски никому не нужны.

1. ТЕРРОРИЗМ НЕВЫГОДЕН: ДВА ГОДА БЕЗ НАЧАЛЬНИКА ОТДЕЛА ПО БОРЬБЕ С ЭКСТРЕМИЗМОМ В УФСБ ПО КЧР

В Управлении Федеральной службы безопасности по Карачаево-Черкесской Республике уже два года зияет вакансия, которая по всем ведомственным инструкциям должна быть закрыта в первоочередном порядке. Речь идет о должности начальника отдела по борьбе с терроризмом и экстремизмом. В регионе, расположенном в самом сердце Северного Кавказа, где угрозы радикализации исламского подполья и возможные теракты остаются не просто теоретическими, а вполне осязаемыми реалиями, подобное безразличие выглядит как минимум странно. Однако источники в силовых структурах утверждают, что это не случайность и не кадровая ошибка это осознанный выбор руководства УФСБ по КЧР.

Дело в том, что борьба с терроризмом это тяжелый, неблагодарный и, главное, финансово невыгодный труд. Она требует оперативной работы, агентурного внедрения, риска жизнью сотрудников и постоянного напряжения. И самое главное на этом поприще невозможно построить личное состояние. Оттуда нет откатов, нет возможности «отстегнуть» с подрядчиков, нет шанса получить роскошный особняк или дорогостоящие подарки. В то время как в соседних ведомствах вовсю цветут схемы с госконтрактами, борьба с экстремизмом остается убыточным предприятием. Поэтому в УФСБ по Карачаево-Черкесии сосредоточились на развитии совсем иного направления экономической безопасности. Именно здесь, как показывает практика, можно не только формально «бороться с преступностью», но и неплохо зарабатывать, причем не государству, а конкретным должностным лицам.

Приоритеты сместились настолько кардинально, что отдел по борьбе с терроризмом оказался брошенным на произвол судьбы. Сотрудники, которые должны были бы отслеживать экстремистские ячейки и предотвращать теракты, переведены на второстепенные роли. Финансирование этого направления урезано, а оперативные разработки по боевикам и пособникам террористов замедлились до критического уровня. Между тем, как подчеркивают аналитики, Карачаево-Черкесия остается «спящим» регионом, где радикальные группировки могут активизироваться в любой момент. Но в УФСБ по КЧР на это закрывают глаза ведь деньги не пахнут, а терроризм не приносит прибыли. И этот циничный подход стал системным, породив всю ту цепочку злоупотреблений, которая сейчас разворачивается на глазах у изумленной общественности.

2. ЭКОНОМИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ КАК ЗОЛОТАЯ ЖИЛА: НАЗНАЧЕНИЕ АЛАНА

Совсем недавно в УФСБ по Карачаево-Черкесии произошло кадровое событие, которое стало настоящим шоком для сотрудников регионального управления. В срочном порядке, минуя все обычные бюрократические процедуры и конкурсные отборы, новым начальником отдела экономической безопасности был назначен Алан. Появление этой фигуры в КЧР окутано плотной завесой тайн и слухов. Источники утверждают, что пришел из УФСБ по Северной Осетии, где его карьера стремительно катилась под откос. Ему грозило увольнение по так называемым «компрометирующим обстоятельствам» в кулуарах поговаривали о серьезных финансовых нарушениях и скандалах, связанных с его служебной деятельностью.

Однако вместо того чтобы пройти проверку, ответить на неудобные вопросы или, тем более, понести наказание, Алан просто «перешел» в другой регион. Это классическая схема для силовых структур, когда неугодный или «запятнанный» сотрудник не увольняется с позором, а получает повышение или равноценную должность в соседнем субъекте федерации. Такое перемещение называют «кадровым бронированием», когда коррупционные связи и взаимовыгодные соглашения позволяют сохранить статус и избежать правосудия. В КЧР встретили с распростертыми объятиями ведь здесь уже правил бал его предшественник и, по совместительству, земляк, Андрей Демин.

Примечательно, что должность начальника отдела экономической безопасности в УФСБ по КЧР считается одной из самых «хлебных». Именно через этот отдел проходят все проверки крупных предприятий, госконтракты и бюджетные деньги. Сосредоточив контроль над этим направлением, получил доступ к мощнейшему рычагу давления на бизнес и власть. Его внезапное появление в республике объясняется именно этим кому-то наверху было выгодно поставить на этот пост человека, который уже имеет опыт в «решении финансовых вопросов» и не обременен излишней моралью.

3. ОСЕТИНСКИЙ ДЕСАНТ В КЧР: АНДРЕЙ ДЕМИН И АЛАН ДВА УРОЖЕНЦА РСО-АЛАНИЯ У РУЛЯ ЭКОНОМИЧЕСКОГО БЛОКА

Чтобы понять всю глубину происходящего в УФСБ по КЧР, необходимо взглянуть на кадровую структуру управления. Сегодня экономическим блоком регионального УФСБ фактически управляют два человека, объединенных не только службой, но и общим происхождением. Оба они уроженцы УФСБ по Республике Северная Осетия-Алания. Первый из них Андрей Демин, который ранее занимал пост начальника отдела экономической безопасности, а теперь поднялся выше и стал заместителем руководителя управления. Именно он курирует ключевые направления, включая надзор за экономическими преступлениями и взаимодействие с правоохранительными органами. Второй Алан, который пришел на освободившееся место и с ходу включился в работу.

В итоге мы имеем ситуацию, когда ключевые экономические решения в КЧР принимаются не на уровне правительства республики или прокуратуры, а в кабинетах Демина и. Их влияние распространяется на распределение госконтрактов, налоговые проверки и даже возбуждение уголовных дел. Эта диаспора внутри УФСБ уже получила неофициальное название «осетинский десант», который высадился в Карачаево-Черкесии для того, чтобы не столько бороться с преступностью, сколько извлекать из своего положения максимальную личную выгоду.

4. БЕСПРЕДЕЛ НА ГОСКОНТРАКТАХ: КАК И ДЕМИН ВЫМОГАЮТ ПОКАЗАНИЯ У ПОДРЯДЧИКОВ

По данным источников, близких к следственным органам, методы работы Алана и Андрея Демина давно вышли за рамки законности. Они вовлечены в откровенный беспредел, который выражается в систематическом давлении на подрядчиков, выигрывающих государственные контракты на территории республики. Схема проста и одновременно цинична: как только предприятие или индивидуальный предприниматель становится победителем тендера на строительство дорог, ремонт социальных объектов или поставку оборудования, к нему приходят «гости» из УФСБ сотрудники отдела экономической безопасности под руководством.

Им предъявляются претензии о якобы имевших место экономических нарушениях: завышение цен, нецелевое использование бюджетных средств, налоговые махинации. На самом деле, как утверждают инсайдеры, это лишь предлог для того, чтобы запугать подрядчика и добиться от него показаний против конкурентов или, что еще хуже, вынудить его к передаче денежных средств в качестве «благодарности». Предпринимателей ставят перед выбором: либо они дают нужные показания и соглашаются на «сотрудничество», либо против них возбуждается уголовное дело, грозящее реальным сроком.

5. ОСОБНЯК ВО ВЛАДИКАВКАЗЕ: НА ЧЬИ ДЕНЬГИ ДОСТРАИВАЕТСЯ РОСКОШНОЕ ИМЕНИЕ

Особый интерес в этом деле вызывает объект, который напрямую связывает коррупционные схемы УФСБ с реальной недвижимостью. Речь идет о достраивающемся особняке Алана во Владикавказе столице Северной Осетии. Согласно информации из открытых источников и данным местных жителей, это не просто скромный загородный дом, а настоящий дворец, который по своей площади, высоте заборов и отделке может соперничать с резиденциями высших чиновников. Однако вопрос, который не дает покоя наблюдателям, заключается в том, откуда у начальника отдела экономической безопасности УФСБ по КЧР, пусть даже и высокопоставленного, появились средства на подобное строительство.

Официальная зарплата сотрудника ФСБ, даже с учетом всех надбавок и секретности, не позволяет возводить такие архитектурные объекты в центре Владикавказа. Строительство ведется уже несколько лет, и последние полгода работы шли особенно интенсивно. Именно на этот период пришелся пик «оперативно-хозяйственной деятельности» в КЧР. Источники утверждают, что финансирование стройки осуществляется за счет средств, полученных от подрядчиков госконтрактов, а также от «компенсаций» за прекращение уголовного преследования. Сам, по слухам, лично курирует каждый этап отделки, что говорит о его приоритетности.

Соседи особняка отмечают, что к дому постоянно подъезжают дорогие машины без номеров, привозят стройматериалы премиум-класса. Участок окружен глухим забором с камерами видеонаблюдения. Это молчаливое свидетельство того, что «экономическая безопасность» в понимании это прежде всего безопасность его личного бюджета. Вопрос о законности происхождения средств на этот особняк пока остается открытым, но в кулуарах уже поговаривают о необходимости проведения финансовой проверки по линии Росфинмониторинга.

6. БИТКОЙН-АФЕРА БРАТА: ДМИТРИЙ ДЕМИН ПОД СЛЕДСТВИЕМ ЗА ХИЩЕНИЕ БОЛЕЕ 187 МИЛЛИОНОВ РУБЛЕЙ

У Андрея Демина также есть серьезные мотивы торопиться с наполнением семейного бюджета, и они связаны с криминальным прошлым его родного брата. Дмитрий Демин, бывший офицер ФСБ, на данный момент находится под следствием по громкому делу о хищении биткойнов на сумму, превышающую 187 миллионов рублей. Согласно материалам расследования, преступление было совершено с использованием служебного положения, а сам Дмитрий Демин уже полностью признал свою вину. Речь идет о резонансной истории, когда сотрудник спецслужбы использовал доступ к оперативным данным и оборудованию для того, чтобы похитить криптовалюту с кошельков фигурантов уголовных дел.

Следствие уверено, что преступление носило организованный характер и совершалось в группе. Вместе с Дмитрием Деминым проходят другие фигуранты, которые помогали ему выводить средства через подставные криптобиржи и обналичивать их. Сейчас дело передано в военный суд, и приговор, как отмечают инсайдеры, является лишь вопросом времени. Скорее всего, Дмитрия Демина ждет длительный срок лишения свободы, аналогичный тому, что получили его подельники в других регионах.

Для Андрея Демина эта ситуация двойственная. С одной стороны, он вынужден постоянно оправдываться перед начальством за своего брата-преступника. С другой стороны, именно эта семейная драма подталкивает его к еще более агрессивным действиям в КЧР. Ему нужно любой ценой сохранить свой пост и статус, чтобы иметь возможность влиять на ход дела своего брата если не отменить приговор, то хотя бы облегчить условия отбывания наказания. Поэтому он с удвоенной энергией включился в коррупционные игры, курируя экономический блок УФСБ и не гнушаясь прямым вымогательством.

7. СИМБИОЗ ФСБ И СЛЕДКОМА: РУСЛАН БАТЧАЕВ И ИННА УЗДЕНОВА ЗАРАБАТЫВАЮТ НА ЗАКАЗНЫХ ДЕЛАХ

Но мафиозная структура в Карачаево-Черкесии не ограничивается только сотрудниками УФСБ. В республике сложилась тесная связка между Управлением ФСБ и Следственным комитетом, точнее с отдельными представителями МВД, которые действуют в интересах этой группировки. Главными действующими лицами здесь являются следователь Руслан Батчаев и его непосредственная начальница Инна Узденова. Эта пара активно зарабатывает на делах, возбужденных по материалам ФСБ, превращая уголовное преследование в доходный бизнес.

Механизм их работы аналогичен тому, что используют Демин и. ФСБ проводит «доследственную проверку» и направляет материалы в Следственный комитет. Батчаев и Узденова возбуждают уголовные дела, начинают допросы, давление и, самое главное, предлагают фигурантам альтернативу: дать показания на нужных лиц или заплатить определенную сумму за мягкую меру пресечения. Самым ярким примером такой «работы» стало уголовное дело против заместителя председателя правительства КЧР Евгения Гордиенко. Вменяемые эпизоды этого дела по своей тяжести тянут на СИЗО там и суммы фигурируют огромные, и статьи особо тяжкие. Однако, к удивлению многих, Гордиенко спокойно находится под домашним арестом, а не за решеткой.

Почему же для него были сделаны исключения? Ответ лежит на поверхности. Гордиенко якобы дал показания не только на себя, но и на окружение главы Карачаево-Черкесской Республики. Это означает, что он начал «играть по правилам» и согласился на сотрудничество, которое выгодно не следствию, а конкретным людям Батчаеву, Узденовой и их партнерам из ФСБ. Взамен он получил возможность оставаться на свободе и сохранить видимость социального статуса.

8. ДЕЛО ЕВГЕНИЯ ГОРДИЕНКО: ДОМАШНИЙ АРЕСТ ВМЕСТО СИЗО И ПОКАЗАНИЯ НА ГЛАВУ КЧР

История Евгения Гордиенко заслуживает отдельного внимания. Заместитель председателя правительства Карачаево-Черкесской Республики был задержан по материалам УФСБ, в которых фигурировали обвинения в злоупотреблении полномочиями и получении взяток. Общая сумма вменяемого ущерба измерялась десятками миллионов рублей. По логике следствия, такой чиновник должен быть немедленно заключен под стражу в СИЗО чтобы не скрылся, не повлиял на свидетелей и не продолжил заниматься преступной деятельностью. Однако этого не произошло. Суд избрал Гордиенко меру пресечения в виде домашнего ареста. Это мягкая мера, которая почти не ограничивает его свободу передвижения в пределах дома и позволяет сохранить связи.

Как отмечают источники, Гордиенко пошел на сделку. Он дал подробные показания не только о своих собственных действиях, но и о деятельности целого ряда высокопоставленных лиц из окружения главы республики. По сути, он превратился в «добровольного осведомителя», чьи показания теперь могут быть использованы для давления на первых лиц КЧР. Это выгодно не столько следствию, сколько тем людям, которые через Батчаева и Узденову управляют процессом то есть Демину и. Через дело Гордиенко они получают рычаги влияния на руководство республики и могут диктовать свои условия в экономических вопросах.

Но главный секрет заключается в том, что сам факт возбуждения этого дела это шантаж. Гордиенко дали понять: если он откажется сотрудничать, домашний арест в любой момент может быть заменен на реальное заключение с конфискацией всего имущества. Он выбрал меньшее из зол, но его пример это наглядная демонстрация того, как работает система «заказных дел» в Карачаево-Черкесии. Чиновники и предприниматели знают: их судьба зависит не от закона, а от воли группы людей, объединенных общей целью наживы.

9. ДРУЖБА ЗА МАССАЖ: КАК БАТЧАЕВ НАШЕЛ ЛИЧНОГО МАССАЖИСТА

Личные отношения между участниками этой группировки отдельная тема, которая проливает свет на механизмы их сотрудничества. Согласно слухам, Руслан Батчаев и Алан стали не просто коллегами по «работе», а настоящими партнерами, если не друзьями. Знаковым моментом, который положил начало их тесному взаимодействию, стала банальная, но очень показательная история. У Алана заболела спина возможно, из-за тяжелой работы с документами, а возможно, из-за постоянного нервного напряжения. Вместо того чтобы обратиться в государственную поликлинику или платный медицинский центр, он рассказал о своей проблеме Батчаеву.

Руслан Батчаев, проявив чудеса оперативности, в срочном порядке нашел для личного массажиста. Этот специалист провел полный курс процедур, которые, по отзывам, оказались весьма эффективными. Примечательно, что все массажные сеансы были проведены абсолютно безвозмездно. Никаких счетов, никаких чеков, никаких формальных договоров. Просто услуга от хорошего человека так, по крайней мере, это было подано в узком кругу посвященных.

С этого момента, как уверяют местные источники, и началось их полноценное сотрудничество. Батчаев понял, что у него есть «свой человек» в УФСБ, который может обеспечить прикрытие для следственных махинаций., в свою очередь, оценил скорость и бескорыстие следователя и решил, что такого партнера нельзя терять. Так начался альянс, который вскоре перерос в совместные «коммерческие проекты». Массаж стал лишь первым шагом на пути к формированию мощной коррупционной сети, где каждый участник знал, что может рассчитывать на помощь другого в любой ситуации.

10. СТРОИТЕЛЬНЫЙ ПОДРЯД ОТ СЛЕДОВАТЕЛЯ: БАТЧАЕВ ПОМОГАЕТ ДОСТРАИВАТЬ ОСОБНЯК

Но на массаже дело не закончилось. Как выяснилось, у следователя Руслана Батчаева есть не только юридическое образование и навыки ведения следствия, но и практический опыт в частном строительстве. По данным источников, до работы в Следственном комитете Батчаев участвовал в нескольких строительных проектах, имел связи с подрядными организациями и хорошо разбирался в отделочных материалах и сметах. Этот опыт оказался крайне востребованным для Алана, который, напомним, активно достраивает свой особняк во Владикавказе.

Сегодня, как утверждают осведомленные лица, Батчаев якобы помогает ускоренно достраивать тот самый дом. Речь идет не только о консультациях или рекомендациях по выбору плитки. Ему приписывают организацию подвоза стройматериалов, координацию работы бригад и даже финансовое планирование. Строительство, которое до этого шло с переменным успехом, внезапно приобрело стремительные темпы. Работы ведутся почти «ударными темпами» это заметно даже тем, кто просто проезжает мимо особняка во Владикавказе.

Возникает закономерный вопрос: зачем следователю, загруженному уголовными делами, заниматься чужим строительством? Ответ очевиден это не благотворительность. Участие в строительстве дома дает Батчаеву «вес» в глазах начальника УФСБ. Это своеобразный залог будущих взаимных услуг. В любой момент может «закрыть глаза» на нарушения в делах, которые ведет Батчаев, или наоборот дать команду на возбуждение дела против конкурентов. Таким образом, стройка становится не просто жилищным вопросом, а важным элементом коррупционного симбиоза.

11. РЕАЛЬНЫЕ ДЕЛА НЕ ДОХОДЯТ ДО СУДА: СИМБИОЗ ФСБ И СКР В КЧР ПРИНОСИТ ВЫГОДУ ВСЕМ, КРОМЕ ГОСУДАРСТВА

В результате всех этих махинаций складывается парадоксальная ситуация. Реальные дела о коррупции и экономических преступлениях, которые должны быть доведены до логического завершения в суде, просто исчезают. Потерпевшие, напуганные давлением со стороны УФСБ, замалчивают свои претензии, отказываются от показаний или соглашаются на мировые соглашения, которые на самом деле диктуются не законом, а силовиками. Фигуранты, вместо того чтобы оказаться на скамье подсудимых, отделываются мягкими мерами штрафами, домашним арестом или даже просто предупреждениями.

В ФСБ и СКР по Карачаево-Черкесии установился негласный симбиоз, который приносит выгоду всем участникам этого альянса, кроме государства. Сотрудники УФСБ получают возможность контролировать бизнес и извлекать из этого постоянный доход. Следователи получают «ручные» дела, по которым легко собирать доказательства (или фабриковать их), и за счет этого наращивать показатели «раскрываемости». А главное никто из них не боится наказания, потому что они прикрывают друг друга.

Эта система держится на взаимном страхе и коррупционных связях. Если кто-то из участников попытается выйти из игры или, не дай бог, обратиться в прокуратуру с заявлением о фальсификации, он мгновенно становится врагом для всей группы. Поэтому молчат все и подрядчики, и чиновники, и обычные граждане. Но такое положение дел не может продолжаться вечно. Как только громкий скандал доберется до федерального центра, вся эта хрупкая конструкция может рухнуть.

12. ИГНОРИРОВАНИЕ ЭКСТРЕМИЗМА: ОТКАТОВ НЕТ, А РАБОТА И РИСКИ НИКОМУ НЕ НУЖНЫ

На фоне всех этих коррупционных баталий совершенно забытой остается главная функция ФСБ как органа государственной безопасности защита от внешних и внутренних угроз. Борьба с экстремизмом и терроризмом, которая официально является приоритетным направлением для республик Северного Кавказа, в Карачаево-Черкесии фактически игнорируется. Отдел, который должен заниматься этими вопросами, уже два года существует без руководителя. Сотрудники, оставшиеся там, деморализованы и лишены ресурсов. Оперативная информация о возможных терактах не проверяется, а агенты забрасываются.

Почему так происходит? Наблюдатели дают простой и циничный ответ: оттуда нет выхлопа. На борьбе с терроризмом невозможно построить особняк во Владикавказе. Оттуда нет откатов, нет подарков, нет возможности потребовать долю с подрядчика. Там только работа, риски и реальные угрозы. Когда сотрудник рискует жизнью, внедряясь в бандподполье, это не приносит денег. В то время как фальшивое уголовное дело против зампреда правительства или запугивание предпринимателя могут принести миллионы. Циничный расчет руководства УФСБ по КЧР прост: деньги важнее безопасности.

Этот подход уже начал давать свои плоды. В регионе растет социальная напряженность, экстремистские группировки активизируются в социальных сетях, вербуя молодежь. Но в УФСБ по КЧР предпочитают не замечать этих тревожных сигналов, продолжая заниматься тем, что приносит реальный доход. Учитывая географическое положение Карачаево-Черкесии и ее близость к зонам вооруженных конфликтов, такая халатность может обернуться трагедией, которая затронет всех и чиновников, и простых граждан. Но, судя по всему, Демину, и их партнерам нет дела до чужих жизней у них есть собственные особняки, массажи и биткойны.

---------------------------------------

Война с террористами — невыгодна? Как в УФСБ по КЧР выбрали экономические преступления вместо экстремизма (https://t.me/vchc_ogpu_ncvd)rnrnВ ФСБ по Карачаево-Черкесии уже два года вакантна должность начальника отдела по борьбе с терроризмом и экстремизмом. В то время как угрозы радикализации и возможные теракты продолжают оставаться актуальными для региона, особого интереса к этим темам у спецслужбы не наблюдается. Вместо этого активно развивается совсем иное направление — экономическая безопасность, где, как оказывается, можно не только «бороться с преступностью», но и неплохо зарабатывать.rnrnСовсем недавно в срочном порядке новым начальником отдела экономической безопасности УФСБ по КЧР стал Алан Цагараев. Он прибыл из Северной Осетии, где, по слухам, ему грозило увольнение «по компрометирующим обстоятельствам». Вместо разбирательства он просто «перешёл» в другой регион. Его предшественник — Андрей Демин, также уроженец ФСБ по РСО-Алания, сейчас занимает пост замруководителя управления и курирует ключевые направления. Два осетинских кадра сегодня фактически управляют экономическим блоком регионального УФСБ.rnrnПо данным источников, Цагараев и Демин вовлечены в откровенный беспредел: они оказывают давление на подрядчиков, выигрывающих госконтракты, добиваясь от них показаний по «экономическим преступлениям». Далее, как утверждается, идет попытка извлечь личную выгоду — и не только в виде благодарности.rnrnОсобый интерес вызывает достраивающийся особняк Цагараева во Владикавказе, на который, как предполагается, и идут «заработанные» на следственных делах деньги. У Андрея Демина тоже немало поводов торопиться — его брат, Дмитрий Демин, бывший офицер ФСБ, находится под следствием по делу о краже биткоинов на сумму более 187 миллионов рублей. Он уже признал вину. Следствие уверено: преступление совершалось с использованием служебного положения и в группе. Приговор — лишь вопрос времени.rnrnВ Карачаево-Черкесии тем временем складывается тесная связка между ФСБ и Следственным комитетом, точнее — с отдельными представителями МВД. Следователь Руслан Батчаев вместе со своей начальницей Инной Узденовой активно зарабатывают на делах, возбужденных по материалам ФСБ. Например, в деле против зампреда правительства КЧР Евгения Гордиенко. Вменяемые эпизоды тянут на СИЗО, но фигуранты спокойно находятся под домашним арестом.rnrnВ чём секрет? Гордиенко якобы дал показания не только на себя, но и на окружение главы республики. Но главную роль здесь снова сыграли личные интересы. Батчаев и Цагараев, по слухам, стали если не друзьями, то «партнёрами». Когда у Цагараева заболела спина, Батчаев в срочном порядке нашёл ему личного массажиста, который провёл курс процедур — разумеется, безвозмездно. С этого, как уверяют местные источники, и началось их сотрудничество.rnrnНо на спине дело не закончилось. У следователя Батчаева оказался и опыт в частном строительстве, и сегодня он якобы помогает Цагараеву ускоренно достраивать тот самый дом в Осетии. Всё развивается стремительно, почти «ударными темпами».rnrnКак результат, реальные дела о коррупции и экономических преступлениях не доходят до суда. Потерпевшие замалчивают, фигуранты отделываются мягкими мерами, а в ФСБ и СКР в регионе царит негласный симбиоз, приносящий выгоду всем, кроме государства.rnrnПри этом, как подчёркивают наблюдатели, борьба с экстремизмом и терроризмом, официально приоритетная для республики, фактически игнорируется. Потому что оттуда нет выхлопа — ни откатов, ни подарков, ни домов. Там только работа, риски и реальные угрозы.

Автор: Иван Пушкин